До последнего времени потребность в лингвистической экспертизе документов стояла не так остро и сделалась вдруг актуальной в силу нескольких причин. В конце 90-х годов логистами компаний-участников ВЭД чаще всего становились выпускники лингвистических вузов, так как изначально для проведения импортных процедур от логистов требовались не столько знания в области логистики, сколько знание иностранного язка для общения с контрагентами. Поэтому используя свои языковые возможности вкупе со знанием предмета, они при переводе документа еще и проводили определенную корректировку текста в рамках дозволенного. Понятно, им было известно, что хотел сказать контрагент в своем письме и как фраза должна быть сформулирована, чтобы удовлетворить таможню. Кроме этого, дипломированный филолог прекрасно знает, что не всегда корректно переводить слово за словом, что многие термины переводятся в зависимости от контекста, а также какое из 10 имеющихся в словаре значений нужно выбрать, чтобы правильно перевести предложение.

На сегодняшний день, большинство выпускников языковых вузов, пришедших в логистику, уже поднялись по карьерной лестнице и больше не занимаются составлением и переводом документов. На смену им пришли логисты с другими профильными знаниями, для которых язык уже не профессия, а просто средство коммуникации. С другой стороны, уровень подготовки переводчиков и лингвистов за прошедшие десять лет также изменился не в лучшую сторону.

Переведем со словарем

Ситуация с кадровым составом таможенников изменилась в прямо противоположную сторону. Если десять лет назад таможенные инспекторы в массе своей владели языком на уровне «Анна унд Марта баден», то теперь они прекрасно понимают, что как минимум базовый уровень знания английского является необходимым требованием их профессии. Так что предоставить таможеннику инвойс на синхрофазатрон и уверить его в том, что речь идет о партии миксеров уже не получится.

Однако тот факт, что языком они владеют на базовом уровне и технике перевода не обучены, приводит порой к неправильному пониманию текста. Так, например, у автора было несколько курьезных случаев, связанных с попыткой таможенников самостоятельно перевести товаросопроводительные документы «со словарем». Первый был связан с поставкой синтетического каучка (см. примеры 1 и 2). 

В последние годы английский язык все больше приобретает статус муждкнародного. Многие европейские компании не из англоговорящих стран в последние пять лет сделали английский язык корпоративным и стали выпускать документы на нем. С одной стороны, это сделало взаимоотношения с контрагентами проще и легче: теперь компании нет необходимости искать редкого специалиста по логистике со знанием финского или португальского языка. С другой стороны, мы все чаще сталкиваемся с ситуацией, когда коммуникация осуществляется на языке, не являющимся родным ни для одной из сторон. То есть вероятность ошибки вырастает в несколько раз, особенно, если документы составляются не дипломированными филологами, а лицами, владеющими языком на бытовом уровне. Проиллюстрировать этот тезис можно одним из свежих примеров (см. пример 3).

Все приведенные выше случаи лишний раз показывают, что лингвистическая экспертиза документов является одним из способов минимизации рисков простоя, а в некоторых случаях, даже рисков конфискации товаров таможенными органами. Даже если сам факт конфискации удается оспорить, доказав, что речь шла о лексической ошибке, а не о попытке недостоверного декларирования, на это требуется значительное время, за которое спрос на сезонный товар (летний спортинвентарь или аксессуары к Новому году или Пасхе) может закончиться.

Правильно перевел – правильно понимает

Такое вольное обращение с терминами инкотермс российскую таможню насторожило. Таможенники вооружились атласом, энциклопедией и обнаружили практически созвучный по названию населенный пункт в Швеции. То есть товар, вместо того, чтобы плыть в Швецию, благополучно осел в Пензе. Естетственно, таможня потребовала пояснений, зачем груз из Голландии идет в Россию через Швецию, а также транспортные документы на плечо Швеция–Россия. Большого труда стоило импортеру и самим незадачливым голландцам убедить таможню, что родина Карлсона к данной поставке не имеет никакого отношения.

Когда и какими силами стоит проводить экспертизу документов? Если речь идет о контрактах, то проверить иноязычную часть контракта следует еще до его подписания, особенно в тех случаях, если приоритетным языком не является русский. Даже если участнику ВЭД посчастливилось подписать контракт на русском языке, где иноязычная версия считается только переводом, иногда бывает полезно проверить и ее, чтобы удостовериться, что контрагент правильно перевел, а значит и правильно понимает условия контракта. Бывают случаи, когда никакие компенсации со стороны проштрафившегося контрагента не покрывают убытки, возникшие в связи со срывом исполнения сделки. Особенно это касается ударов по имиджу компании.

Остальные документы, включая рутинные инвойсы и транспортные документы, рекомнедуется запрашивать для проверки перед отправкой партии товара. Такая проверка документов должна быть комплексной: помимо проверки лингвистических аспектов, проверяется также предметная сторона – от правильности количества и цен товара, до номера контракта.

Переводить должен переводчик

Эта небольшая с точки зрения написания оплошность, коренным образом изменила смысл написанного, что вылилось в серьезные проблемы для импортера в России вплоть до угрозы конфискации груза. Естественно, таможенник, открывший англо-русский словарь и увидевший перевод, потребовал предъявить к досмотру статуэтки, а не коробочки с рисунками.

Наиболее остро перед участниками ВЭД стоит сейчас вопрос, кому поручить экспертизу контракта для того, чтобы она действительно приносила пользу, а не явилась еще одной модной статьей расходов. Как следует из сказанного выше, желательно, чтобы проверку проводил специалист с высшим филологическим образованием.

Не стоит смотреть на лингвистов свысока. Лингвист овладевает языком, как минимум, на протяжении 5 лет, ежедневно по 8 часов. Это позволяет им не просто обходиться без переводчика при общении на иностранном языке, но и разбираться в малейших деталях, в которых, как известно, прячется дьявол. Сюда относятся, как знания фразеологизмов и переносных значений, так и знакомство с техникой перевода, о существовании которой подозревают не все участники ВЭД.

Как минимум, для достижения хорошего результата следует обратиться к переводчику. При этом следует иметь в виду, что хороший переводчик технических текстов (в отличие от художественных) старается не быть универсальным, а специализируется на нескольких профессиональных областях (например, медицина, нефтехимия, строительство). Дело тут не только в наличии у переводчика проыессиональных словарей, но и в том, что каждой отрасли присущи свои обороты и выражения, которым не обучают в рамках общего курса.

Помимо того переводчик должен хотя бы приблизительно представлять предмет своего перевода. Очень трудно работать с терминами, значение которых непонятно даже в переводе. Например, при сооружении сцен на открытых площадках импользуются фермы, которые ничего общего не имеют с сельским хозяйством. Представьте себе удивление таможенника, читающего в переводе инвойса, что пришла машина, груженная двумястами фермерскими хозяйствами.

Поэтому при выборе переводчика в идеале желательно начать сотрудничество с тем, кто специализируется на логистике и еще хотя бы приблизительно знаком с предметом контракта. Естественно, что найти такого специалиста будет очень сложно, а стоить он будет, скорее всего, недешево. Выйти из ситуации можно, воспользовавшись опытом редакций советских технических журналов, где переводчики работали совместно с техническими редакторами, проверявшими правильность понимания контекста переводчиком.

Естественно, брать в штат переводчика и технического редактора – неоправданная роскошь для большинства компаний. Если компании посчастливилось иметь в штате переводчика, то роль технического редактора будут играть сотрудники компании, которые лучше разбираются в предмете, например, логисты (при переводе требований к транспорту) или технические специалисты. Именно у них переводчики уточняют, что именно имеется в виду и какой вариант перевода будет правильным.

Если же речь идет о переводчике, работающем вне фирмы по договору-подряду (а это является оптимальным решением для большинства компаний) то такие консультации не всегда возможны и удобны, особенно если время работы переводчика над вашими документами не совпадает с рабочим временем компании. Тем более, если речь идет о рутинной проверке документов перед отправкой, на которую отводится на так уж много времени.

Кому доверить экспертизу

Оба рассмотренных варианта выполнения лингвистической экспертизы контракта не отвечают потребностям логистики на все 100%. Дело в том, что они позволяют максимально точно и правильно перевести текст, или проверить, правильно ли текст переведен контрагентом. Но для минимизации рисков логистики этого недостаточно (см. пример 4). Данный пример наглядно иллюстрирует, что лингвистическую экспертизу должен производить не просто лингвист, а лингвист, представляющий себе все сложности ведения поставки, таможенного оформления, документооборота и пр.

Тут впору вспомнить об уже упомянутых выпускниках иняза, пришедших в логистику в конце 90-х, начале 2000-х годов. Их образование и опыт работы в логистике являются идеальным сочетанием для того, чтобы провести лингвистическую эакспертизу в логистических целях и действительно минимизировать риски, которые несет некорректное заполнение документов и неправильный перевод. Некоторые из них, ощутив на собственном опыте необходимость в такой проверке, сначала создали подобный институт в собственных компаниях, а с течением времени оказались готовы предложить свои услуги и сторонним компаниям. Практика показала, что сотрудничество именно с такими компаниями и специалистами оказывается наиболее эффективно и позволяет достичь желаемого результата.